В помощь учителям русского языка и литературы и учащимся.
Художник Борис Ольшанский
“Слово о походе Игоревом, Игоря, сына Святославова, внука Олегова” вместилось всего на нескольких страницах древней рукописи, но в течение двух столетий люди Руси, истерзанной княжескими раздорами и нападениями кочевников, вспоминали о нем, цитировали наизусть мудрые патриотические строки.
Катерина бросилась в реку по личному делу.
Наташа была связана с народом красной нитью.
Небо Аустерлица переломило Болконского пополам.
На поле боя раздавались крики и стоны мертвецов.
Фамусов разбирал людей не по внутренностям, а по наружностям.
Дворец был построен крепостными руками графа Шереметьева.
На полу лежал и еле дышал труп, рядом сидела жена трупа, а брат трупа лежал в другой комнате без сознания.
Конь подбежал к хозяину, обнял его и стал что-то шептать ему в ухо.
Хлестаков сел в коляску, и кучер завел мотор.
Чичиков отличается приятной внешностью, но неприятной внутренностью.
Горький увидел в Америке желтого дьявола, а в родной стране упорно не замечал красного.
Художник Сергей Ковальчук
Окна в сад были открыты настежь. Деревья раскинулись багряной листвой возле самых окон, и на заре, когда в опустевшем саду стало светло, птицы так чисто и звонко щебетали в кустах, что отдавалось в комнатах. С горы открывался обширный вид на живописную низменность, сверкающую яркими красками раннего утра. Все было охвачено разливающимся по небу оранжевым светом зари: и синеватые леса в долине, и река, блестевшая алой сталью в камышовых зарослях, и серебряный пар, поднимающийся кое-где от зеркальной воды. Легко и сильно шагая, Гриша спустился с горы и дошел по глянцевой и резко пахнувшей сыростью траве до купальни. Раздевшись, слегка посвистывая, он вошел в свежую воду и, сильно взмахнув руками, поплыл к тому месту, где чуть-чуть показавшееся на горизонте солнце задрожало огнистой полоской. Белые гуси с металлически-звонкими криками, распустив крылья и шумно бороздя воду, тяжело шарахнулись в тростники.
У берега зашуршали камыши, и из них медленно выплыла лодка. Седенький старичок в поломанной соломенной шляпе сидел в ней, рассматривая удочку, а кругом теплая, неподвижная вода блестела, словно зеркало.
(128 слов)
Фотограф: Николай Кузнецов
Летний рассвет нарождался, как бы наливаясь прозрачным соком. Солнце еще было где-то очень далеко, за снежными горами. Но оно приближалось исподволь, наклевывалось, готовилось вдруг высунуться, засиять из-за горы. А пока было покойно и свежо на похолодевшей за ночь дороге. Дорога шла по пригоркам к степи, темнеющей вдали за невысокой цепочкой гор. Там, за теми далекими горами, находился Джамбул. Пыль из-под брички, зависающая позади, нехоженая дорога, по которой катились колеса, лошади, дружно печатающие копытами, отдающая потным духом и дегтем ладная сбруя, легкие белые облака, кочующие высоко над головами, еще не засохшие зрелые травы вокруг, то желтые, то синие, речонка, разлившаяся на переезде, придорожные ласточки, юрко снующие взад и вперед, иной раз чуть ли не задевая морды лошадей, - все это было преисполнено счастьем и красотой. Вскоре завиднелись еще не ухоженные сады городской окраины. На дороге стало оживленней. Город оглушил шумом, красками, незнакомыми запахами. За давно не крашенным забором оказался приезжий зверинец с невиданными зверями, да еще карусель, да еще аттракцион кривых зеркал. Ни разу мальчик не видел такого зрелища. Особенно запомнился ему серо-пепельный, как бугор после выжженной травы, слон, все переступающий с ноги на ногу и на ходу раскачивающий хоботом.
В сумерки насилу покинули город и очутились на той запыленной дороге, по которой приехали днем. Вечер стоял теплый, настоянный на запахах летних трав. Убаюканный дорогой, привалился Султан Мурат к плечу отца и как ни в чем не бывало заснул неодолимым сном. Просыпаясь иногда, он слышал, как стреноженные лошади позвякивали отпущенными удилами. В дороге, в чистом поле, , под открытым небом спали они.
(190 слов)
Погода была прекрасная, но жара все не унималась. По ясному небу едва-едва неслись изжелта-белые, как весенний запоздалый снег, редкие облака. В лесу молодая поросль, еще не успевшая вытянуться выше аршина, окружала своими тонкими, гладкими стебельками почерневшие низкие пни. Ноги беспрестанно путались и цеплялись в длинной траве, пресыщенной горячим солнцем. Кое-где возле заброшенных дорожек, на которых следы колес обозначались полосами красной мелкой травки, возвышались кучки дров, потемневших от ветра и дождя, сложенные саженями. Легкий ветерок, то просыпаясь, то утихая, подул прямо в лицо и как будто разыгрался. Недавно срубленные осины печально тянулись по земле, придавив собой и траву, и мелкий кустарник. От свежих золотисто-белых щепок, грудами лежавших около пней, веяло особенным запахом. Жара заставила нас войти в рощу с некошеной травой. Я бросился под высокий куст орешника, над которым молодой стройный клен красиво раскинул свои легкие ветки. Удивительно приятное занятие лежать на спине в лесу и глядеть вверх. Вам кажется, что вы смотрите в бездонное море, что оно широко расстилается под вами, что деревья не поднимаются от земли, но, словно корни огромных растений, спускаются, отвесно падая в те стеклянные волны.
(По И.Тургеневу) (142 слова)
